С миру по нитке

судьба «Девочки с персиками»


Все знают «Девочку с персиками».
Розовая блузка, тёмные глаза, персики на столе, летний свет из окна.
Её звали Вера Мамонтова.
Когда Серов писал её в Абрамцеве, девочке было одиннадцать.
Через двадцать лет Вера за три дня сгорит всего в 32 года.
А мужчина, которого она несколько лет ждала в женихах,
переживёт её на четверть века, больше не женится и будет приговорен к высшей мере.
Как из самой солнечной картины русского искусства выросла такая трагичная семейная история?
Одиннадцатилетняя девочка и месяц мучений
Август 1887 года. Абрамцево — подмосковная усадьба промышленника Саввы Мамонтова,
где постоянно жили и работали Репин, Васнецов, Поленов, Врубель, Серов.

По семейному рассказу, Вера вбежала в дом после игры, схватила персик и присела за стол.
Серов увидел её — загорелую, растрёпанную, полную движения — и решил писать.
Есть и другая, более ранняя версия: Вера просто задержалась за столом, а художник попросил её позировать.
Валентину Серову тогда было 22 года.
Персики на картине настоящие, абрамцевские:
Мамонтовы выращивали их в собственной оранжерее.
Даже деревянный гренадёр за плечом Веры (видите там слева? яркий такой)
существовал в доме — фигурку раскрасил сам Серов.

Портрет кажется написанным почти одним вдохом.
На самом деле девочке пришлось сидеть перед художником много дней подряд.
Сам Серов потом признавался:
«Писал я больше месяца и измучил её, бедную, до смерти».
Он хотел сохранить ощущение мгновения и ради него работал неделями.
В 1888 году картина получила премию Московского общества любителей художеств.
А Вера выросла.
«Абрамцевская богиня»
Она осталась красавицей.
Виктор Васнецов написал взрослую Веру в 1896 году —
уже совсем не ребёнком с персиком, а молодой женщиной с кленовой веткой.

Девушка с кленовой веткой. Васнецов.
Здесь Вере был 21 год
В семье друзей её вспоминали как прекрасную наездницу и называли почти буквально «нашей богиней с Олимпа».
Она была тут местной любимицей и вполне заслужено.
Вера хорошо училась, говорила по-итальянски, занималась музыкой, помогала матери в благотворительных делах.
Именно через эту работу семья Мамонтовых сблизилась с Самариными — старым московским дворянским родом.
Там Вера познакомилась с Александром Самариным.
Они полюбили друг друга. И тут выяснилось, что любви недостаточно.
Жениха заставили ждать несколько лет
Мамонтовы были богатыми купцами.
Самарины — старинными дворянами.
Отец Александра Дмитриевича категорически не хотел, чтобы сын женился на представительнице купеческой семьи.
А в 1899 году положение Мамонтовых стало ещё хуже:
Савву Мамонтова арестовали по громкому финансовому делу.

Через несколько месяцев присяжные его оправдали,
причём защищал Мамонтова знаменитый адвокат Фёдор Плевако.
Но состояние и деловая империя были уже не на пике, как раньше.
А Вера и Александр ждали.
Лишь после смерти отца жениха мать дала благословение.
26 января 1903 года они обвенчались.
Современники считали брак счастливым.
Молодые поселились в Богородске — нынешнем Ногинске.
За несколько лет родились трое детей: Юрий, Елизавета и Сергей.
Им оставалось меньше пяти лет вместе.
Она заболела перед Рождеством
В конце декабря 1907 года семья ехала в Абрамцево на праздники и остановилась в Москве.
Александр Самарин и Вера Мамонтова
По воспоминаниям дочери Елизаветы, Вера простудилась,
заболела тяжёлым воспалением лёгких и проболела всего три дня.
27 декабря её не стало.
Ей было всего 32 года...

Сегодня бактериальную пневмонию обычно лечат антибиотиками.
Тогда антибиотиков ещё не существовало.
Пенициллин Александр Флеминг откроет только в 1928 году,
а массово применять его начнут во время Второй мировой.
Веру похоронили в любимом Абрамцеве возле церкви Спаса Нерукотворного.
Серов пережил свою модель всего на четыре года.
Но муж Веры прожил после неё ещё 24 года — и жизнь его успела перевернуться несколько раз.
Вместо второй жены он построил церковь
Александр Самарин больше не женился.
Позже дочь вспоминала, что отец до старости сохранил верность матери и тяжело говорил о ней даже с собственными детьми.
В память о Вере он построил в своём имении в Аверкиеве храм Живоначальной Троицы.
Строительство шло несколько лет, храм освятили в 1915 году.
Он стоит там и сегодня.
Сам Самарин тем временем стал крупным государственным деятелем.
В 1915 году Николай II назначил его обер-прокурором Святейшего синода —
главным светским чиновником при высшем органе управления Русской церковью.
На должности Самарин пробыл меньше трёх месяцев.
Он открыто выступал против влияния Распутина.
В сентябре его отправили в отставку.
Через два года исчезла уже сама империя.
А вскоре Самарин оказался в тюрьме.
«Расстрелять!»
После революции он активно участвовал в церковной жизни и возглавлял Совет объединённых приходов Москвы.
Советская власть увидела в этой организации контрреволюционную деятельность.
Самарина арестовали.
15 января 1920 года Московский губернский революционный трибунал приговорил его к расстрелу.
Но в том же решении казнь заменили тюрьмой.
По срокам заключения формулировка звучала так, будто её придумал сатирик:
«Впредь до окончательной победы мирового пролетариата над мировым империализмом».
Позже срок несколько раз сокращали, а весной 1922 года Самарин вышел на свободу.
В 1925 году — новый арест и три года ссылки в Сибири.
После ссылки вернуться в Москву не разрешили, пришлось поселиться в Костроме.
В 1931-м его арестовали в четвёртый раз, но вскоре освободили.
Самарин умер 30 января 1932 года — в собственный день рождения.
Ему исполнилось 64.
А девочка всё ещё сидит за столом...
У Веры и Александра осталось трое детей.
Их дочь Елизавета позже вышла замуж за художника Николая Чернышёва.
В 1941 году его репрессировали, а в 1942-м он умер в ссылке.
После войны Елизавета стала первым главным хранителем музея Василия Поленова.
Именно её воспоминания сохранили многие подробности семейной истории.
Сын Сергей умер еще в детском возрасте.
А старший сын Юрий стал филологом и тихо мирно дожил до 1965 года.
А картина Серова ещё десятилетиями оставалась в семье.
Только в 1929 году Третьяковская галерея приобрела её у Александры Мамонтовой, младшей сестры Веры.
В столовой Абрамцева сегодня висит копия.
Получился странный эффект.
Настоящая Вера успела вырасти, полюбить, несколько лет ждать свадьбы, родить троих детей и умереть в 32 года.
Её муж пережил революцию, смертный приговор, тюрьмы и ссылки.
А та Вера, которую знаем мы, всё ещё сидит в августовском Абрамцеве.
Ей одиннадцать.

За окном лето. И персик в её руке ещё не съеден...